В чате клинского отделения Союза журналистов Подмосковья рядом два сообщения: одно от Марины Анциферовой, второе – о ней. О том, что её не стало. Всё рядом…
Она говорила, что научилась ценить каждый день – она уже знала, что ей осталось не много. Но она не догадывалась, что мало – настолько. Мы, друзья и коллеги, тоже знали и тоже не догадывались. Мы все надеялись…
Её больше не узнают по голосу, как это бывало, когда она работала на телевидении в Клину. Для этого ей не обязательно было даже появляться на экране. Её больше не порадуют питерские дворы-колодцы, в которые ей так нравилось заглядывать. Она больше не раскроет книги, которые так любила читать. Она больше не сможет ухаживать за «усадьбой Хлупова» – хозяйством, оставшимся от деда, именем и памятью о котором Марина очень дорожила. Она больше не будет волноваться за то, чтобы всё там было чисто и красиво.
Она волновалась за всех и за всё. Волновалась за свою маму, которую Тёщей – с любовью и уважением – называют многие друзья и подруги, а не только настоящий зять. Волновалась за детей, даже когда они проявляли замечательные способности. Волновалась за своих близнецов – внука и внучку. Волновалась за мужа, даже когда – с кем не бывает – находилась с ним в ссоре. Волновалась за друзей, даже когда её волнения, казались нам излишними. Волновалась за работу, даже когда она переставала быть любимой и вместо того, чтобы приносить радость от творчества, удовлетворение от результата, всё только уносила – нервы, силы, время…
Работа в Союзе журналистов Подмосковья принесла ей то, чего ей не хватало. «Я уже забыла, что на работу можно ходить с радостью», – говорила она. А интернет-ресурсам, которыми она и занялась, как будто не хватало именно её. Они как будто ожили. Они как будто проснулись.
Вспомнились слова из песни Высоцкого: «Ах, как нам хочется… Как всем нам хочется – не умереть, а именно уснуть».
Больно, что так не бывает…
Марина, все слова сейчас кажутся пустыми, бессмысленными…
Нам будет очень – очень тебя не хватать!
